Гринвич-Виллидж как центр богемной жизни Нью-Йорка XX века

Гринвич-Виллидж как центр богемной жизни Нью-Йорка XX века

После первого представления оперы Джакомо Пуччини «Богема» 125 лет назад, это слово оканчательно укоренелось в европейском лексиконе. Оно дало полное представление о тех, кто зарабатывал на жизнь творчеством и вел беспечную, экстравагантную жизнь.

«Кого можно назвать богемой?» — стоит спросить. Выбор широк: всех, начиная с художников и скульпторов и заканчивая актерами. В европейских странах их называли богемой, в Российской Империи — творческой интеллигенцией. Особый интерес представляет этот социальный слой в Америке начала XX века: огромное количество эмигрантов, разные культурные и моральные устои, менталитеты, языки и даже религии. Важно, что творчество, как известно, есть отражение мыслей создателя. 

В дореволюционной России центрами притяжения богемы были кабаре «Бродячая собака» и театр миниатюр «Летучая мышь», в Париже — «Café de Flore» и «Les Deux Magots», а в Нью-Йорке же и вовсе появился целый отдельный район, где жили и творили десятки тысяч представителей этой самой «творческой интеллигенции», и назывался он Гринвич-Виллидж. 

Начиная с 1910-х годов, жители этого района проводили забастовку против действующего режима. Против чего именно, ответить сложно. Скажем так: почти против всего привычного американскому народу, начиная с бюрократии и заканчивая ассимиляцией. Они провозглашали первенство импровизации, а не опыта, важность индивидуальности, а не идентичности, ратовали за то, что присутствие художественного видения должно быть во всех сферах общества, даже в политике. 

Именно этот район считался одним из самых либеральных и прогрессивных в Нью-Йорке. Движения за гражданские права и свободы, борьба за расширение демократических возможностей всех членов общества, несмотря на пол, расу и сексуальность, борьба за женскую эмансипацию: именно в Гринвич-Виллидже это все и берет свои корни. Богема того времени была чрезмерно активна, пыталась изменить американскую культуру и жизнь в целом. Ее представители были настоящими космополитами, плюралистами, сетующими за то, что у всех людей должны быть равные права и возможности для самореализации. Они верили, что если их услышат, то общество наконец начнет прогрессировать. Действительно, благодаря им в том числе нынешнее американское общество сформировалось таким: со своими недочетами, но хотя бы пытающееся сделать нас всех равными.

Парад суфражистов, Гринвич-Виллидж, Нью-Йорк, США, ок. 1915-18

Напомним, что преимущественно это были творческие люди из достаточно бедных, иногда даже маргинальных семей. Многие из них были родом из американских деревень. 

В Нью-Йорке же они видели благодаря чему можно достигнуть своих целей и получить признание. К тому же, в Гринвич-Виллидже сохранялась низкая арендная плата, возможность жить не в одиночку и, соответственно, платить еще меньше. Одно из самого главного — абсолютное этническое разнообразие, что в те времена было огромной редкостью.

По приезде в этот район, молодые люди стремились объединиться с другими в какие-то клубы, кружки. Они отклоняли идею построения карьеры, их цель — совместная импровизация. Современное искусство, постоянные эксперименты, критика нынешней культуры и интеллектуальное инакомыслие вдохновляли их отказаться от общепринятой морали и правил. Они живут в своем, новом и прогрессивном мире, и их все устраивает.

«Принимать мир таким, какой он есть, использовать лучшее в настоящем моменте — одинаково смеяться над Фортуной, будь она щедрой или недоброй, — свободно тратить, когда у вас есть деньги, и весело надеяться, когда их нет – беспечно управлять временем, жить любовью и искусством — таковы характер и дух современной богемы в ее внешнем и видимом аспекте. Это легкая и изящная философия, но это Евангелие момента, эта эзотерическая фаза богемской религии; и если в некоторых благородных натурах она достигает смелой простоты и естественности, то она может также дать свои заповеди некоторым очень красивым порокам и милым недостаткам, ибо в Богемии можно найти почти все грехи, кроме лицемерия», — писал художник и искусствовед, Галетт Берджесс. 

Большие бурые пятна цвета на деревянном ящике и Бобби Эдвардс в своей мансарде под звездами, создающий укелели, Гринвич-Виллидж, Нью-Йорк, США, ок. 1905-20

Особенно интересен случай, произошедший в этом районе 23 января 1917 года. Шесть художников, включая Гертруду Дик, Джона Слоана и Марселя Дюшана, пробрались мимо патруля, забрались на вершину арки на Вашингтон-сквер и решили отделиться от Нью-Йорка, создав свою личную страну со своими правилами. Они разожгли костер, привязали воздушные шары к парапету и провозгласили «Независимую республику Гринвич-Виллидж». 

К слову, в районе проживало большое количество и других, уже ставших классиками своего дела, знаменитых людей. В этом списке есть драматург Юджин О’Нила, танцовщица Айседору Дункан, журналист Джона Рид и одна из известнейших поэтесс Америки Эдну Сент-Винсент Миллей. 

Также позднее, в 1950-х, район стал одним из главных пристанищ для знаменитого бит-поколения и одним из центров распространения фолк-рока. Здесь начинал Боб Дилан, Саймон и Гарфанкел и The Mamas & the Papas. 

Сейчас же богемная жизнь ушла в прошлое: цены на недвижимость и аренду растут, происходит отток граждан в более бюджетные места. Тем не менее, Гринвич-Виллидж очень гордится своей историей и не забывает о ней и по сей день: здесь проводятся многочисленные акции памяти, тематические экскурсии, а также снимаются документальные фильмы.

Мария Пугачева

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *